ПУТЬ К СВОБОДЕ

... так говорит Господь, Бог Израилев: Отпусти народ Мой...

Вступление

            История Христианской Церкви – это история борьбы света со тьмой. На протяжении тысячелетий сатана пытался и пытается применять все доступные ему методы, чтобы покончить с христианством: костры Нерона, амфитеатры, обагрённые кровью христиан, инквизиция средневековья с её религиозной маской, тюрьмы, исправительно-трудовые лагеря, грязная клевета, порочащая христиан, административные преследования, штрафы – вот он, далеко не полный перечень приёмов, направленные против Церкви Христовой.
            В то время, когда советская конституция гарантировала свободу вероисповедания (ст. 158), мы переживали не лучшие времена. Атеистическое государство, используя всю мощь своего аппарата насилия, преследовало христиан, которые были не согласны с законодательством о религиозных культах и не состояли в зарегистрированных церквях. Эти христиане оказались лишены права свободы вероисповедания. Находясь под гнётом клеветы и ложных вымыслов, которые распространялись всеми доступными средствами информации, верующие не имели в своём распоряжении никаких  дозволенных каналов связи, через которые они могли бы заявить что-то в своё оправдание. Поэтому им не оставалось ничего другого, как эмигрировать в те страны, где есть свобода исповедания.
Путь эмиграции был путём серьёзных испытаний, переживаний и опасностей. Многие христиане шли к этой цели через тюрьмы, лагеря и психиатрические больницы. Те, кто оставался на свободе, часто подвергались серьёзным испытаниям. В то же время значительное число эмигрировавших прошло по «проторенному» пути, не испытав никаких угроз и насилия.
            Цель этой повести состоит в том, чтобы показать читателю, как Бог чудесным образом вывел одну семью верующих из бывшего Советского Союза. Это событие может показаться невероятным людям старшего поколени, кто был хотя бы немного знаком с границами СССР. И чтобы не сложилось у читателя ложного впечатления, спешу заверить, что все описанные здесь события достоверны, а выписки из архива подтверждают личности, о которых пойдёт речь.
Я глубоко убеждён, что Господь Бог для людей, которые целиком вверили Ему свою судьбу, открыл «железный занавес». Речь пойдёт о семье, послушание которой было частью сложного механизма Божьего промысла. Проявив полное доверие Богу, эта семья обрела свободу ценой неимоверных моральных и физических усилий, но слава подвига принадлежит Господу, Который являл сверхъестественные чудеса в трудные моменты их жизни.

Глава 1.

            Ещё не чувствовалось потепления в политической атмосфере страны, а отдельные семьи верующих вздохнули уже по-весеннему. В их числе оказалась и семья пресвитера одной из эстонских общин. С этой семьёй мы познакомились в процессе формирования эмиграционного движения. С той поры прошло два года нелёгкого пути. Позади осталось много волнующих эпизодов, опасных моментов, бесед и общих молитв.
            Тишину относительного затишья нарушил междугородний телефон: «Виктор, мы выезжаем! Если желаешь, приезжай в Брест нас проводить».
Какими словами можно описать сегодня те чувства и мысли, которые будоражили в то время моё переутомлённое сознание!
            При последней встрече и нашем расставании там, в Бресте, слёзы грусти и радости одновременно появились на наших глазах. А этим первым эмигрантом из Прибалтики был мой друг и брат во Христе, Василий Иванович.
            Из архива  http://www.memo.ru/history/diss/perecen/index.htm :
Г. Василий Иванович (р. 1930, Китай) - пятидесятник. Пресвитер общины в Эстонии. Добивался эмиграции из СССР по религиозным мотивам. В 1962 и 1972 дважды осужден за религиозную деятельность. В 1979 эмигрировал в Канаду.
                Там же, в Бресте, я познакомился со старшим братом Василия – Иваном Ивановичем, который приехал из далёкой Киргизии проводить своих родных.
            Из архива http://www.memo.ru/history/diss/perecen/index.htm :
Г. Иван Иванович (р. 1927) - пятидесятник (Литва). Инженер-механик. В 1980-е годы член неофициальной группы "Право на эмиграцию". Подвергался административным преследованиям.

                Короткое расставанье – и семья Василия занимает свои места в вагоне поезда, который вскоре разлучит нас на долгие годы.
            Последними словами Василия были: «Виктор, помоги Ивану переехать в Прибалтику. Из Киргизии за границу ещё никто не уехал и не уедет».
            Итак, мы расстались. Поезд увёз семью Василия Ивановича в пределы «гнилого капитализма», а мы с Иваном Ивановичем остались на просторах «Родины чудесной». Мой новый друг уехал в солнечную Киргизию, а меня ждала моя семья в Прибалтике.
            Окунувшись в повседневные заботы, сталкиваясь с различными испытаниями за право эмигрировать, я вскоре забыл о нашей мимолётной встрече с Иваном Ивановичем. Забыл и о просьбе, с которой обратился ко мне в Бресте его младший брат, как вдруг через некоторое время я получил письмо из Киргизии. Это было короткое сообщение с заключительной фразой: «Виктор, мы выезжаем, встречай!»
            По прибытии в Литву большая семья Ивана Ивановича поселилась на время у нас и у пресвитера нашей небольшой общины, Владимира Андреевича. Так началась их новая жизнь в Литве.
            Литва, одна из пятнадцати союзных республик, входила в то время в состав СССР. До момента присоединения к России она являлась независимым государством. Было время, как говорит история, когда войска этого малого, но воинственного государства в ходе завоевательных войн доходили до Крыма. Одним из памятников этой эпохи является небольшой посёлок, расположенный недалеко от города Вильнюса. Название этого посёлка – Кятудие дяшимс тоторю, что в переводе озхначает «сорок татар». Этот посёлок основали бывшие крымские татары, которые были взяты в плен и переселены в Литву. Религия, традиции и образ жизни жителей этого посёлка остались такими же, как и несколько веков тому назад.
            С момента возникновения Литвы её население в течении семисот лет исповедывало язычество. Христианство – католицизм – было введено в Литву около четырёхсот лет назад. Сегодня большинство литовцев – католики, и лишь сравнительно недавно начало распространяться евангельское учение – протестантизм.
            Ко времени приезда в Литву семьи Ивана Ивановича в городе Вильнюсе было уже несколько действующих молитвенных домов христиан веры евангельской. Однако с момента образования этих общин, когда люди стали поклоняться живому Богу, враг душ человеческих не мог оставаться в покое. Воинствующие атеисты и прочие враги креста Христова ополчились против верующих и стали действовать внутри церкви и вне её. В то время, когда не только в Литве, но и по всей стране шла активная разрушительная работа, чтобы отвратить христиан от Бога, Он начал совершать Свою пробудительную работу. А одним из проявлений Божьего промысла явилось эмиграционное движение по всей стране. Наряду с интенсивным пробуждением среди литовской интеллигенции, многие верующие активно включились и поддерживали эмиграцию.
            Присоединившись к небольшой христианской общине, проводившей свои богослужения в доме № 107 по улице Полоцкой, что на окраине Вильнюса, семья Ивана Ивановича обрела новую жизнь. Процесс воскрешения этой семьи не был мгновенным, но ещё до приезда в Литву там, в далёкой солнечной Киргизии, сквозь тучи неверия Божественный живительный свет начал проникать в сердца её отдельных членов.
            Детские годы и юность Ивана Ивановича прошли в Китае, куда его родители выехали в конце двадцатых годов. Отец, Иван Петрович, до глубокой старости прожил, будучи религиозным человеком, и только на закате жизни принял Бога как своего личного Спасителя. Зато мать, уверовав в юности, всегда была хорошей христианкой. Семена жизни она старалась посеять в сердца и сознание своих детей, но пути сыновей оказались разными. Переселившись в начале шестидесятых годов в бывший Советский Союз, братья – Василий и Иван – пошли разными дорогами. В то время, когда Василий подвергался преследованиям за веру в Бога, Иван жил жизнью мирянина.
            Шли годы. Глава семьи, работая инженером-механиком, не стремился жить по Евангелию и детей своих не воспитывал в познании Бога. Жена, Нина Герасимовна, тоже не помышляла о Боге, и религиозная жизнь их вовсе не интересовала. Но у Господа был Свой план и определение для этой семьи, ибо, как у пророка Исайи написано:
           
            «Мои мысли – не ваши мысли, ни ваши пути – пути Мои, говорит Господь. Но, как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших. Как дождь и снег нисходит с неба и туда не возвращается, но напояет землю, и делает её способною рождать и произращать, чтобы она давала семя тому, кто сеет, и хлеб тому, кто ест: Так и слово Моё, которое исходит из уст Моих,- оно не возвращается ко Мне тщетным, но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал его» (Ис., 55:8-11).

            Итак, Бог начал Свою работу. В то время, когда Иван, проводив Василия в эмиграцию, возвратился в Киргизию из Бреста, в его сердце произошёл коренной перелом, о чём будет сказано несколько позже.
            Нина Ивановна, старшая дочь, в то время работала в милиции и училась в университете на отделении филологического факультета.
            Из архива http://www.memo.ru/history/diss/perecen/index.htm :

Г. (по мужу Макарова) Нина Ивановна (р. 1953) – пятидесятница (Литва). Дочь И.И.Г. В 1980-е годы член неофициального комитета «Право на эмиграцию».

                Прошло много лет, но всё пережитое осталось в памяти на всю жизнь, за исключением, может быть, отдельных незначительных эпизодов. Господь Бог знал, с какой стороны начать осуществлять Свой план, не только спасая бессмертные души, но и проводя в действие всю цепочку последующих событий в соответствии с этим планом.
            Дословный рассказ Нины Ивановны в отдельных случаях дополняет Нина Герасимовна:
           
            «-Мы с двумя подругами по университету готовились к экзаменам, сидя в городском сквере. Сквер был очень большой и разбит в виде полукруга. В сквере стояли скамейки, и тысячи студентов на свежем воздухе готовились к экзаменам. Чтобы лучше усвоить материал, мы по-очереди задавали друг другу вопросы и отвечали на них. Вдруг моё внимание привлекли две девушки, которые вышли из троллейбуса. Мне бросилось в глаза, что в походке и поведении их было что-то необычное. Они шли, не поворачивая головы и не глядя по сторонам, с походкой, напоминающей строевой шаг солдат. Подойдя к нам, девушки остановились, и одна из них, обращаясь ко мне, сказала:
            - Так говорит Господь: «Уезжайте»!
            - А куда прикажете? – со смехом спросила я.
            А она снова:
            - Ной и его семья послушались и спаслись. Бог вас предупреждает: уезжайте!
            - А почему вы это мне говорите? – переспросила я тогда.
            - Это вам: уезжайте! – был ответ.
            Я опять засмеялась и ещё пригрозила им:
            - Вы знаете, что я могу вас посадить? (В то время я работала в ГАИ).
            Они больше ничего не сказали, развернулись и стали удаляться от нас по дорожке сквера. Дорожка была широкая, и они шли посередине всё той же необычной походкой. Тогда я сказала подругам:
            - Какие-то странные. Давайте проследим, куда они пойдут.
            Едва я это произнесла, как мы посмотрели им вслед, но никого не увидели. Только что были недалеко от нас – и вдруг исчезли! Мне стало не по себе. Я не могла больше готовиться к экзаменам и постаралась как можно скорее уехать к родителям. Они в то время жили далеко от города Фрунзе.
            Когда я приехала домой и рассказала об этом происшествии родителям, они сказали:
            - А мы уже молимся, мы – верующие!
            Всё во мне перевернулось:
            - Одна семья, и вдруг... Раньше мы все вместе ездили отдыхать на природу, на рыбалку или в горы, а теперь? И вообще, я ничего не хочу слышать! При мне ни слова о Боге, и чтобы не молились при мне!
            Родители согласились».

            Нина Герасимовна:

            « -Дух Святой начал работу в наших сердцах. Мы с мужем покаялись и стали молиться за себя и за детей. Когда Нина приехала домой и рассказала о случившемся, мы начали говорить ей о Боге. В то время дочь не хотела и слушать, а через несколько дней она вместе с Ольгой уехала во Фрунзе. Ольга решила поступать в университет и уехала вместе с Ниной сдавать вступительные экзамены. В это время мы с мужем ещё больше стали взывать к Господу за детей, так как мы уже решили переезжать в Прибалтику. Вскоре Бог ответил на нашу молитву. Нина с Ольгой возвратились домой. Несмотря на то, что Ольга успешно сдала вступительные экзамены, они с Ниной решили ехать вместе с нами».

            Нина Ивановна:

            «-Время шло, но случай в городском сквере по-прежнему не давал мне покоя. Слова, которые я тогда услышала, постоянно звучали в моём сознании. Позже, когда родители решили переезжать, я дала своё согласие, но только при таком условии, что родители не будут при мне молиться и говорить о Боге. Так мы и перебрались в Литву».

Глава 2.

            Старшее поколение хорошо помнит условия жизни в период построения «светлого будущего» в бывшем Союзе. Жизнь верующих, которые жили честно, резко отличалась от жизни тех, кому было всё дозволено. Материальное положение семьи осложнялось ещё и тем, что мы принадлежли к «нелегальной» церкви, как нас характеризовали атеистические законы. Правительство, в свою очередь, считало нас «особо реакционной сектой». О каких преимуществах можно было мечтать?! Именно в это время, когда мы «пребывали» в таком положении, к нам  и приехала семья Ивана Ивановича.
            Принимать гостей для нас было делом привычным. Мы жили по принципу, о котором писал апостол Павел в Послании к Коринфянам: «Сердце наше расширено. Вам не тесно в нас...» (2 Кор., 6 гл.). Часто, возвращаясь домой, мы находили, что весь коридор в нашей квартире заставлен обувью. Мы знали, что среди гостей, приходивших для молитвенного общения, были и те, кого мы не ждали. Эти люди выполняли волю пославших их, а мы старались исполнять то, что завещал нам Господь: «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф., 5:44).
            С момента переезда в Литву, когда Иван Иванович с женой посвятили свою жизнь Господу, Его благодающая рука всегда была над нами. Начиная с незначительных, казалось бы, жизненных вопросов и до великих свершений, они переживали волнующие моменты Божьего присутствия, Его водительства и охраны. Часто находились в сфере тех чудес, которые Бог совершал в их жизни. Но характерно и то, что Господь Бог на всём пути, которым их вёл, являл Свою силу и могущество в самых тесных обстоятельствах, когда казалось, что уже нет никакого выхода. Так было и в начале пути на новом месте.
            Рассказывает Иван Иванович:

            «- Вместе с пресвитером Владимиром Андреевичем мы потратили много времени в поисках работы, но результатов никаких не достигли. Тогда я стал молиться и просить, чтобы Господь помог найти мне работу. И вот однажды я вижу во сне, что мне необходимо пойти к министру лесной промышленности. Этот сон я принял как указание от Бога и в тот же день поехал на приём к министру. После непродолжительной беседы он направил меня в лесоводческое хозяйство, где при его содействии я получил работу. Но, как только местным властям стало известно, что новоприбывшая семья посещает собрания евангельских христиан-пятидесятников, то о руководящей должности не могло быть и речи»
.
            Итак, все четыре года, прожитые в Литве, за исключением небольшого промежутка времени, Иван Иванович проработал в мастерских по ремонту техники. В то время, когда глава семьи приступил к работе, им предоставили жильё. Это был дом лесника, который находился в лесу километрах в двадцати от города и километрах четырёх-пяти от железнодорожного полустанка. На работу приходилось идти через лес, а в город ездили на электричке.
            Мебель в доме состояла из деревянного, видавшего виды, стола, скамейки, пары стульев и кроватей. Кровати напоминали ту, на которой спал Герасим из рассказа И.С. Тургенева «Му-му». Дополняли домашний уют русская печь и печь для обогрева.
            Как уже было подмечено, ходить на работу приходилось через лес. Особенно тяжело было в первую зиму. Уходил на работу Иван Иванович затемно и возвращался поздно вечером, когда было уже опять темно. По этому поводу Нина Ивановна рассказала интересный эпизод:

            «- Однажды, когда отец отправился на работу, он увидел в лесу волка. Зверь шёл параллельно тропе, недалеко от человека, не удаляясь и не приближаясь к нему. Как только отец подошёл к мастерским, волк остановился, постоял какое-то время и ушёл в лес. Вечером, когда Иван возвращался с работы, повторилось то же, что и  утром. Проводив его до дома, зверь снова ушёл в лес. С этого дня волк ежедневно провожал отца в том и другом направлении. Муж говорил, что в начале ему было страшно, а потом, когда понял, что зверь для него никакой опасности не представляет, привык, хотя и не понимал, что всё это значит.
            Со временем волк стал подходить ближе к дому. Тогда мы попытались привлечь его и ставили ему пищу. Вначале он подходил, обнюхивал миску, но не ел. Так прошло какое-то время, а потом однажды волк решился попробовать наше угощение. С тех пор каждый день, когда отец возвращался с работы, зверь подходил, ел и опять уходил в лес. Так продолжалось до весны. Весной отцу дали колёсный трактор, и он уже ездил на работу на тракторе, а волк как неожиданно появился, так неожиданно и исчез. Больше мы его не видели».

Глава 3.

            Наши встречи продолжались и после того, как семья Ивана Ивановича переехала от нас в Садунишкис. Мы часто посещали их, и нам нравилась простая обстановка в доме лесника, а также духовное общение. По воскресным дням, после утреннего богослужения, они часто приезжали к нам. Таким образом, мы проводили время в беседах и молитве за общие нужды и за детей. В их семье особое беспокойство вызывало то, что Нина собиралась возвратиться в Киргизию. Во-первых, она хотела закончить вуз, а, во-вторых, там её ждало присвоение очередного звания по службе. Но Господь Бог в Своём премудром плане имел другое определение и неуклонно вёл к его осуществлению. И в этом плане для Нины и всей семьи особую роль сыграла Вильнюсская поместная церковь.
            Приближалось к концу благодатное лето в Прибалтике. К празднику жатвы вместе с другими верующими готовились и Иван Иванович с женой. Чтобы привлечь детей в церковь, родители заранее стали приглашать их провести совместно праздник. Но сердце Нины всё ещё оставалось глухим к зову Бога. Её жизнь продолжалась без особых изменений всё в том же потоке мирян. Что-то порой тревожило сознание, но понятия веры и религии в целом были для неё лишены смысла. Иногда Нина, правда, заходила в православный храм, где ей особенно нравилось хоровое пение, но на этом всё и кончалось.
            Наступила осень, а с ней и праздник жатвы. Родители ещё раз пригласили Нину на собрание, но, получив категорический отказ, с огорчёнными сердцами уехали на богослужение.
            Всё то, что произошло после их ухода, а впоследствии изменило и весь ход последующих событий, Нина расценивает как чудо.
            Вот её рассказ:

            «- Здесь явное Божественное вмешательство. Когда родители уехали, а они спешили, чтобы не опоздать на первую электричку, я, не отдавая себе отчёта, стала торопить сестёр в церковь. Сёстры под любым предлогом не хотели ехать, ссылаясь на то, что уже поздно, и мы не успеем на следующую электричку. Тогда я повторила своё требование, а они прекрасно знали, что я обычно до трёх раз не считаю. За это они звали меня домашним жандармом. Работая в ГАИ, я занималась каратэ, и они меня боялись; одно незаметное движение – и кровь из носа. Когда я повторила своё требование, они быстро собрались, и мы втроём побежали на электричку. В этот день электричка опаздывала, и мы на неё успели. Так мы оказались в молитвенном доме.
            Шло служение, пел хор, что-то говорил проповедник, но я ничего не слышала. Мои глаза буквально слипались. Мне приходилось пальцами поддерживать веки, но я все равно ничего не слышала. В конце собрания вперёд вышел один молодой человек и начал рассказывать, как Бог избавил его от привязанности к наркотикам. Всё так же продолжая бороться со сном, я тогда подумала: «Какой вздор! Кто может освободить кого-то от наркотиков, если медицина ничего не может сделать?!» Когда же, переборов сон, я внимательно посмотрела на него, мне показалось, что этот человек не может врать. Хорошо зная психологию, я могла безошибочно определить вазомоторные реакции человека. И всё же я не придала значения его рассказу. После встал ещё один молодой человек и стал говорить о том, что он был бандитом, сидел в тюрьме, но Господь его спас. Я снова старалась понять, говорит ли он правду. Но и после этого рассказа мне всё было безразлично.
             В конце служения стали призывать к покаянию, но и это меня не касалось.
            В то время, когда я, находясь в полусонном состоянии, ожидала конца служения, чтобы быстрее уйти домой, я ясно услышала тихий мужской голос: «Иди ко Мне! Иди ко Мне!»
            Сон ушёл. Я посмотрела по сторонам. В молитвенном доме мужчины сидели с одной стороны от прохода, а с женщины – с другой. Я сидела на женской стороне, и поблизости никого из мужчин не было. Я успокоилась, подумав, что мне показалось, но в тот же момент я снова услышала голос, но уже более настойчивый: «Иди ко Мне!»
            Я поняла, что это был сверхъестественный голос. Мне стало страшно, и я сказала маме: «Пусти меня!» А сёстрам сказала: «Пойдёмте со мной!» Мама подумала, что я собираюсь уходить, и говорит:
            - Подожди немного, служение уже скоро окончится.
            Я снова сказала ей:
            - Пропусти, или я пойду с другой стороны!
            Мама нас пропустила, и мы втроём вышли вперёд каяться.
            С той минуты и до настоящего времени я всегда чувствую на себе любящую руку Иисуса Христа. Он стал моим Спасителем и Господом.
            В то время я не знала  Писаний, но мне сказали, что там есть такие слова: «А кто отречётся от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцом Моим Небесным» (Мф., 10:33). И сразу же после моего покаяния Господь меня трижды испытал в этом.
            Первый раз, когда я ехала в поезде. Народу было много, особенно молодых людей. Одна старушка, которая сидела напротив, недалеко от меня, обратилась ко мне и спросила:
            - А ты, наверное, верующая?
            Я поняла, что обращение относится ко мне, но мне почему-то стало стыдно, и я поворачивала голову то в одну сторону, то в другую, как-будто бы смотрела, к кому она обращалась. А она снова сказала:
            - Нет, это я тебя спрашиваю!
            Тогда я тихонько ответила:
            - Да!
            А она снова:
            - Не слышу, громче!
            Тогда я ответила ей громко:
            - Да! Я – верующая!
             А со стороны раздались возгласы:
            - Ай-яй-яй! Такая молодая – и верующая! Наверное, у неё какое-то горе!
            Второй подобный случай произошёл на вокзале в Москве. Почти аналогичный первому. Но и здесь Господь напомнил слова, которые запали мне в душу после моего обращения.
             Третье испытание было более серьёзным. Мой брат в то время служил в армии на Кавказе. Будучи верующим, он неоднократно подвергался издевательствам. Когда мы об этом узнали, то я и меньший брат собрались его посетить. Так как наше материальное положение было очень плохим, то я решила воспользоваться для проезда по железной дороге своим милицейским удостоверением, которое я ещё не отослала по месту своей бывшей работы. Меня предупреждали, что это опасно, но я всё же сделала по-своему. К тому же у нас ещё было мумиё, и я взяла его с собой в надежде продать на Кавказе.
            По пути следования в горах наш поезд обстреляли бандиты. В одном вагоне начался пожар, и в поезде поднялась паника. Состав остановился, и люди стали выскакивать из вагонов. Мой брат расплакался и принялся настаивать на том, чтобы и мы вышли, но я отказалась. Когда прибыли военные, бандиты скрылись, и все поехали дальше. Господь нас сохранил, и мы благополучно приехали к верующим, адрес которых нам сообщил брат Володя.
            Утром, когда хозяйка дома, где мы остановились, вернулась с работы, она рассказала о происшествии на железной дорогое и сообщила, что там были жертвы. Когда же я рассказала, что мы ехали в этом поезде, и Господь нас сохранил, мы все вместе благодарили Его за охрану. Но впереди ждало другое испытание.
            При попытке продать мумиё меня задержали и отвели в отделение милиции. В процессе проверке личных вещей из моей сумки изъяли милицейское удостоверение. Там же лежала и Библия. Я знала, что за использование милицейского удостоверения после увольнения с работы меня могут арестовать. К тому же, я ещё и продавала мумиё.
            Когда милиционеры увидели удостоверение, а рядом с ним Библию, то они пришли в замешательство и сказали:
            - Непонятно, ты что – верующая?
            - Да, я верующая.
            На меня смотрели как на чудо. Собрались все сотрудники милиции. Они не знали, как со мной поступить. Вызвали начальника. Узнав, в чём дело, он тоже спросил:
            - Ты что, верующая?
            - Да, я верующая.
            - А ты знаешь, что за этот преступление мы можем тебя посадить?
            Я снова ответила утвердительно. Тогда он начал мне задавать вопросы из Библии. Так как я ещё не читала Библию и не знала Писаний, то я ему сказала, что я только недавно уверовала. Тогда он сказал мне:
            - Ну, вот что. Мы сейчас проверим: если мумиё настоящее, оно должно раствориться в воде. Если это так, то отпустим тебя ,а если нет, то арестуем.
            Принесли воды, и когда кусочек мумиё опустили в стакан, оно растворилось. Я была свободна».

Продолжение следует

Виктор Руткевич